Николай Алексеев

Я работал в системе Ленэнерго с самого детства. 1 января 1942 года меня взяли на пятую городскую электростанцию, а после я работал в ремонтной мастерской «Ленэнерго».

От холода в городе трескались батареи, замерзали трубы, и моя бригада занималась тем, что чинила их. Кстати, само здание Ленэнерго на Марсовом поле тоже сильно пострадало.

В августе 1942 года я поступил в охтинскую снайперскую школу. Нас учили стрелять до сентября 1942 года. Я был одним из первых учеников школы, лучший стрелок. В октябре 1942 года нас собирались направить на фронт.

Как сейчас, я помню, что нас обмундировали, мы выстроились в строй, готовые по команде броситься в бой. Нас принимать приехал Кузнецов.

Прошел, посмотрел, остановился рядом:

— Сколько лет?

— 17…

Энергетические потери с самого начала войны были колоссальными. В августе 1941 были выведены из строя все гидроэлектростанции, а также Дубровская ГРЭС. Передача электроэнергии прекратилась и с Волховской ГЭС. После вывоза на Урал и в Среднюю Азию основного оборудование на станции в рабочем состоянии осталось всего два вспомогательных гидроагрегата по 1000 кВт – они обеспечивали электроэнергией железнодорожный узел Волховстрой и воинские части.

Он повернулся, подошел к нашему командиру, что-то сказал и — нас отправили переодеваться в гражданское. Мы были нужны в городе. Выпускников Охтинской снайперской школы отправили на защиту Смольного. Там находился военно-учебный пункт, на котором мы тренировались и обучали молодежь, которая приходила к нам.

В 1943 году нас призвали в Токсово в 7 артиллерийский запасной полк. Назвали курсантами (хотя мы были подготовлены) и учили, как курсантов. Мне кажется, что это было потому, что нас, рожденных в 1925 году, берегли. Ведь те мальчишки, которые погибли на фронте за первый год войны, были 1923 – 24 гг. рождения. Нас хотели сохранить и придержать.

Там же, в Токсово, со мной произошел случай, изменивший всю мою жизнь.

Существовала известная школа АИР – артиллерийская инструментальная разведшкола. Ее сотрудники использовали опыт финской войны: в это время впервые проводились учения на определение места положения врага по звуку артиллерийских снарядов. Уже были разработаны специальные инструменты, которые применялись в артиллерийской разведке.

В декабре 1941 года по предложению А.Н. Косыгина – уполномоченного Государственного Комитета Обороны (ГОКО) в Ленинграде – Военный Совет Ленинградского фронта и ГОКО принял решение восстанавливать Волховскую ГЭС. Через три месяца в Волхов прибыли эшелоны с оборудованием станции с Урала и из Средней Азии. И уже 30 апреля заработал первый гидроагрегат. В это же время в Ленинграде энергетики разрабатывали план восстановления и частичной реконструкции Волховских линий 110 кВ и линии 35 кВ, а также прокладки кабеля через Ладожское озеро.

Однажды нас построили: приехало какое-то начальство. Нам устроили смотр. И пока мы стояли в строю, к нам подошел капитан Грызлов. Он прошел мимо, а потом вдруг остановился рядом со мной и быстро-быстро спросил:

— Площадь треугольника?

— Площадь треугольника равняется половине произведения его стороны…

Меня взяли в АИР. Оказалось, что это была такая проверка сообразительности и подготовленности бойца. Меня готовили с апреля по октябрь 1943 года, и в звании младшего сержанта выпустили на фронт.

Потом разведчиков тайком переправили на большую землю, через некоторое время мы оказались в Москве. Оттуда нас бросили в Смоленск.

В начале 1944 года мы с тяжелой артиллерией шли от Смоленска к Витебску. Участвовали в боях, были переправлены под Могилев. Там были у Рокоссовского, во Втором белорусском фронте. Прошли всю Белоруссию, дошли до Польши, где немцы защищали каждую пять земли.

В составе полка резерва Главного Командования, наш 41 гвардейский артиллерийский полк участвовал во всех крупных боях 1944 – 45 г.: и в Восточной Пруссии, и в операциях с американцами и англичанами на берегу Балтийского моря, и в Польше.

Сооружение всех объектов электропередачи Волховская ГЭС – Ленинград , включающей три подстанции, более 200 км воздушных линий, 5 ниток подводного кабеля, было выполнено за 45 дней вместо заданных военным советом 56 дней. Ответственным за все работы был главный инженер «Ленэнерго» Сергей Васильевич Усов.

Назад на главную